Главная / Культура / Мари Краймбрери: «Я перестала стесняться»

Мари Краймбрери: «Я перестала стесняться»

Молодая певица, чью песню «Смогу ли я без тебя» в свое время разорвали в соцсетях на цитаты, оказалась по результатам предварительного голосования ZD AWARDS среди финалистов в номинации «Прорыв года» наряду с Тимой Белорусских, Kazka, Maruv, HammAli & Navai. Хотя сама категория уже предполагает нестандартный и свежий — чтобы прорваться-то! — подход к творчеству, Мари выделяется и среди «прорывных» коллег — своим стилем, формируя который, она не ориентируется на моду и тренды, а наоборот — без сожалений отметает свои же песни, если они на что-то похожи, как призналась артистка в интервью «ЗД».

Мари Краймбрери: «Я перестала стесняться»

Даже в имени — взяв безусловно яркий сценический псевдоним с заграничным налетом, поначалу многих путающим, выдумала фамилию, которую и произнести-то с первого раза не у всех получается. Энергия и фантазия у нее бьет через край: Мари взахлеб рассказывает о работе над очередной пластинкой, не боится посмеяться над собой, признаваясь, что она — «ходячая девочка-депрессия» и каждые три дня собирается уйти со сцены, но вспоминает, что не на пике.

«Спасибо за вопросы про музыку, а не про то, кто с кем спал», — улыбается Краймбрери в конце беседы. Певица рассказывает, почему ей интересны многие герои за рамками медийного пространства, как помогает в музыке отсутствие ориентиров, и чем Гуф, с которым она на днях выпустила неожиданный дуэт, отличается от других российских рэперов.

— Безусловно, но я оцениваю это по уровню выступлений. Меня не очень интересует история с лайками в соцсетях, рейтинги радиостанций и прочая статистика, но, конечно, понимая, сколько концертов я сейчас даю, видя, сколько людей на них приходят, я чувствую: в этом году произошло то, что сделало меня чуть ближе к мечте.

— Я стараюсь не думать о том, на какие премии меня номинируют в этом году или будут в следующем, чего от меня ждут в этом смысле, — для меня важнее удержать определенную планку, которую удалось достичь. Чем меньше ты думаешь о том, «что мне за это будет», тем спокойнее и стабильнее идет развитие. Я пишу песни и предпочитаю концентрироваться на том, как делать это лучше, вдохновляться еще больше.

— Мне очень хорошо со своими слушателями. Выходя на сцену, я не смотрю по сторонам, на других артистов, не прихожу туда потусоваться. Я прихожу на концерты к людям и веду свои соцсети для людей. То, что аудитория растет, — это очень большой показатель.

— Очень многих исполнителей. Причем в основном не медийных. При этом у меня есть критерий оценки, который, наверное, многие в наше время утратили: я действительно могу восхищаться творчеством, не влезая при этом в биографию человека. Мне может не нравиться человек, но при этом я могу любить его музыку.

— Мне кажется, песня сама всегда находит человека. Ты просто листаешь ленту, и взгляд случайно привлекает какое-то название. Слушаешь и понимаешь: это то, что ты сегодня искал. Может быть, у меня хорошо работает интуиция… Не знаю почему, но я всегда нахожу неизвестные, при этом замечательные песни в этом бешеном потоке. И в топах я нахожу для себя гораздо меньше хорошей музыки, чем на сотых строчках хит-парадов.

— Мне нравится Макс Барских. Целиком и полностью. (Смеется.) Но у меня нет навязчивой мысли познакомиться с ним, записать что-то в дуэте… Я просто тихо и молча кайфую от его музыки, хожу на концерты…

— Потому что «певица» — это когда ты пошла в школу вокала, овладела техникой, вышла на сцену и спела то, что выучила. Мне кажется более органичным, когда меня называют «автор-исполнитель». Я изначально пишу тексты, а дальше стремлюсь к тому, чтобы они еще точнее попадали в цель при помощи каких-то мелодических ходов. А может быть, я просто избегаю ответственности, которую накладывает определение «певица». А так — имею право официально лажать… (Смеется.)

— Слегка краснеют щеки… Конечно, на тот момент это была я, но если бы я продолжала писать такие стихи сейчас, мне было бы стыдно.

— Я вообще не про ритм-н-блюз. У меня нет ни одного трека с ритм-н-блюзовой мелодией и даже толики мелизматики в вокале, присущей артистам, работающим в этом направлении. Моя музыка — чистой воды попса с элементами разных стилей, и мне совершенно не стыдно за этот статус. Я считаю, поп-музыка тоже может быть чувствительной, эмоциональной, стильной, интересной, она не ассоциируется у меня с примитивными мелодиями и не ограничивается тремя аккордами. Просто та поп-музыка, которую я делаю, чуть более объемна, чем та, которую привыкли называть словом «попса».

— Честно говоря, я не слушаю западную музыку от слова «совсем». У меня в плеере есть пара-тройка англоязычных песен с впечатляющими текстами и мелодическими ходами, которые когда-то скинули мне знакомые, и на этом мои увлечения зарубежной музыкой ограничиваются. Хотя в российской у меня тоже никогда не было ориентиров, поэтому и удалось найти свой собственный стиль, что меня безумно радует.

— Абсолютно. Буквально вчера в переписке с другом я вспоминала об этом, но сказала, что ничего не пытаюсь наверстать. Я на сто процентов не жалею о том, что пропустила так называемую «разгульную молодость» с уличными тусовками с друзьями и алкоголем. Для меня это пустая трата времени — я рада, что все время была занята тренировками.

— Абсолютно не органичным. Я совершенно не собиралась становиться певицей и очень хотела быть хореографом. После того как эта мечта не сбылась, я перестала ставить перед собой конкретные цели и просто иду вперед, ориентируясь на интуицию и внутренние ощущения. Вообще, когда я начала понимать, что мои песни становятся популярными, то даже немного впала по этому поводу в депрессию. Я была в замешательстве: почему ничего не сложилось с танцевальной карьерой, хотя я так к этому стремилась, а с музыкой стало складываться, несмотря на то, что я не делала на нее ставок? Я не отдавала себе отчета в том, что изначально была в ней искренна, и это зацепило слушателей.

— Это очень давняя и нелепая история. Я просто помогала своим приятелям, записала им припев на их же текст, а потом в Интернете всплыло ЭТО… Даже не знаю, откуда взялся псевдоним.

— Для меня самой стала откровением пластинка «Переобулась», вышедшая в прошлом году. С тех пор как у меня появился лейбл, я чуть больше раскрылась как автор, мне стало не стыдно где-то почитать рэпчик, где-то добавить какое-то острое словцо, которое я могу употребить в реальной жизни, но всегда почему-то боялась использовать в песне… Я перестала стесняться, когда почувствовала, что есть кому меня защищать. То, как я раньше реагировала на критику и как воспринимаю ее сегодня, — это небо и земля. Как будто два абсолютно разных человека.

— Мне всегда нравилось именно продюсировать треки для других исполнителей, писать кому-то бэки… Мне безумно интересно, когда другие артисты исполняют мои песни. Я легко расстаюсь с ними, если слышу, что кто-то еще поет их здорово.

— В ней есть одна проблема. С тех пор как попадание в топы стало довольно легким и общедоступным, многие стали копировать друг друга. Песня возглавляет чарты, и тут же десятки музыкантов думают: «А давай сделаем такую же!» Я всегда шла от обратного: если начинала слышать, что моя песня хотя бы немного похожа на чью-то, выкидывала ее из альбома. Когда я работаю над пластинкой, очень внимательно слушаю каждую демку, каждую аранжировку. В результате из 40 остается 10.

— Либо ждут своего выхода на следующем альбоме, либо достаются другим исполнителям.

— Все произошло случайно. Для меня это история про музыку, про большого артиста, про приятное знакомство и эмоции, воплотившиеся в невероятно красивой песне, которую мы сделали буквально за пару дней. Я совершенно не хочу знать, что о нем говорят другие, какие слухи, сплетни о нем ходят. И мы не планировали ничего заранее — просто случилась вот такая история.

— Мужчина, конечно же. Я не пишу первая. (Смеется.) На самом деле он скромно намекал на то, чтобы записать совместную песню. Дальше, когда у меня появилась идея, которую я могла предложить, я показала ее. У меня был припев, мелодия, а он прописал все куплеты. Для меня было удивительно, когда мы начали переписываться в Инстаграме, потому что легенда рэпа вдруг пишет мне про то, что я классный музыкант, а не просто красивая девочка. Для меня это лучший комплимент, который я могла услышать.

— Если говорить конкретно про Гуфа — он абсолютно честен в своих композициях. Можно послушать одну его песню от начала до конца и погрузиться в тот день, который он описывает. Причем вся его жизнь — это андеграунд. Он говорит о том, что пережил, что чувствует. Он не боится говорить об ошибках, о том, что в чем-то поступал неправильно, и это резонирует. Я уверена, что очень многим людям это помогает. Я верю ему на 200 процентов. Таких очень мало. Ты слушаешь русский рэп и понимаешь, что эти люди подбирают рифму ради рифмы. О чем тут можно говорить, если буквально недавно рэперы украли у меня строчки из песни?.. В целом наш русский рэп перестал существовать как нечто правдивое, утратил то, что изначально было заложено в этом направлении. А Гуф, несмотря ни на какие тренды, не стал попсой и не предал себя.

— Невероятно. До такой степени, что сегодня называют Артистами только тех, кто честно говорит с ними в своих песнях. Они же сами способны выбирать. Люди очень сильно чувствуют фальшь.

Источник

Смотрите также

«Искусство по рублю»: как купить шедевр за бесценок

Коллекционирование искусства доступно только богачам? А тем, кто живет на одну зарплату, остается собирать магнитики …

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *